25 октября 2011
2862

Дать ли сказкам индульгенцию?

Недобрым глазом я читал книги про Гарри Поттера. Ведь это книжка про мальчика, который учится в волшебной школе, и преподают ему колдуны.
Я был готов разглядеть в них "глубины сатанинские", полускрытые антихристианские выпады, пропаганду безнравственности... И я вздрогнул, когда в первом же томе нашел упоминание о некоем волшебнике - "мистере Николасе Фламеле, в прошлом году отметившем свой шестьсот шестьдесят пятый день рождения". Ну, - подумал я, - до сатанинского числа не хватает лишь единички. И вот, наверно, в следующем томе, который опишет жизнь Гарри год спустя, и появится на сцене этот самый Фламель, прежде лишь упоминаемый другими персонажами...

Еще немного - и я был бы готов написать текст вроде такого: "В книгах много сатанинских символов. Нет необходимости, да и пользы говорить о них. Но об одном из них не упомянуть нельзя. Речь о философском камне, который пытались создать алхимики и который, по легенде, мог превратить любой металл в чистое золото и дать бессмертие. Именно в абзаце об этом камне есть важные слова, заставляющие православного человека задуматься о том, что же за книгу он читает. Там пишется, что единственный камень создал мистер Флэмел, "в прошлом году отметивший свой шестьсот шестьдесят пятый день рождения". То есть создателю этого камня - 666 лет!" (2).

Слава Богу, что не я это написал! Ведь в самой сказке сюжет повернулся совсем иначе. Да, Фламель изобрел "философский камень", дарующий людям бессмертие. Но, увидев, что и злые силы стремятся завладеть его открытием - он сам уничтожил свое создание. И обрек себя на скорую смерть. Так и не дожив до того возраста, который мог бы быть обозначен апокалиптическим числом. Так что подозрение в том, что тут начал разворачиваться сатанинский сюжет, отпало (3).

Вот и все. Больше в прочитанных мною шести томах (и в фильмах по первым трем томам) я не встретил ничего, что вызвало бы возмущение. Нет, нет, возмущение вызывало многое - но каждый раз оказывалось, что этими же словами и поступками персонажей возмущалась и сама автор этой сказки.

В итоге осталось одно разномыслие: автору - Дж. Ролинг - мир волшебства нравится, мне - нет.

Казалось бы, этого достаточно, чтобы сделать вывод: мир магии плох, и, значит, книжку - в костер. Но... Что это за книжка? Учебник ли это по магии? Да нет - сказка. А сказке вроде бы даже положено быть волшебной. И, выходит, что этим книгам нельзя предъявить никакого "благочестивого" обвинения, которое при этом оказалось бы конкретно-адресным: поражающим только книги Ролинг и не опустошающим вообще все детские библиотеки.

Грех, как известно, по гречески буквально означает "промах" (amartia). Когда-то такая промашка вышла у советских диссидентов (по слову Виктора Аксючица - "мы целились в коммунизм, а попали в Россию"). Вот как бы и тут не промахнуться: целились в "сатанизм", а попали в детей...

То, что реакция на "Гарри Поттера" будет в церковной среде негативной, можно было предвидеть. К этому подталкивали и агрессивность рекламы, и двусмысленность сюжета. Но эмоции надо сдерживать; реакции надо проверять.

В этой книге речь пойдет о том, в какой сложной ситуации оказались церковные педагоги в связи с выходом новой сказки. Эта ситуация традиционно-сложна. Ведь не первый раз за последние две тысячи лет людям нравится книга, которую трудно назвать "духовнополезной". А раз это не первый кризис, то должна же была Церковь выработать способ своей реакции на подобные ситуации!

Вот только не надо мне тут про инквизицию!

Если бы инквизиция сжигала все, что не похоже на христианство, до нас не дошла бы языческая античная литература. Неспециалисту кажется, что где-то в глухом подвале хранились тома Платона и Еврипида, переписанные еще древними греками; христианские цензоры до этого подвала не добрались и потому спустя столетия эти рукописи нашли археологи, опубликовали, и таким образом минуя "темные века" античная мудрость дошла до нас... Но вот вопрос: а кем же и когда были написаны те древнейшие (из дошедших до нас) рукописи античных творений, что теперь так активно переводятся и публикуются? Оказывается, все рукописи античных авторов, с которыми работают современные исследователи, на самом деле написаны не ранее IX-XI вв. по Рождестве Христовом. Самые древние списки произведений античной литературы отстоят по времени создания оригинала на многие столетия: списки Вергилия - на 400 лет, Горация - на 700 лет, Платона - на 1300 лет, Софокла - на 1400 лет, Эсхила - на 1500 лет. Творения Еврипида, жившего в V веке до нашей эры, известны нам благодаря четырем рукописям XII-XIII веков (4), и, значит, в этом случае дистанция превышает 1600 лет. "Анналы" Тацита сохранились в составе одной рукописи (ее называют Медицейская I), которая датируется IX веком и содержит лишь первые шесть книг, в то время как последующие десять известны лишь по еще более поздней рукописи (Медицейская II) XI столетия (5).

Вынимаю наугад из своей библиотеки несколько научных изданий античной классики, - и оказывается, что многовековая пропасть, отделяющая время написания от времени создания доступных нам копий, весьма привычна для ученых: "Рукописи Аристофана, сохранившиеся до нас - Равеннская (XI в.) и Венецианская (XII в.), к которым присоединяются еще три кодекса XIV в." (6).

"Текст истории "Фукидида" дошел до нас в рукописях византийского времени (древнейшая флорентийская рукопись относится к Х в. н.э., остальные - к XI-XII вв.)" (7).

"Текст "Киропедии" сохранился в ряде средневековых рукописей", старейшей из которых оказывается Codex Escorialensis T III 14, датируемый XII веком (8).

А ведь речь идет об авторах, которые жили в V веке до Рождества Христова...
Не по античным, а по средневековым рукописям приходится ученым выверять современные издания древних авторов... Это обстоятельство стоит вспомнить, прежде чем слепо повторять зады атеистическо-школьной пропаганды про "невежественное средневековье", якобы уничтожившее светлое наследие античности. Если все рукописи античных авторов известны нам по их средневековым копиям - это значит, что именно средневековые монахи и переписывали античные книги, и только благодаря монашеским трудам античная литература дошла до нас.

Значит - граница между Церковью и нехристианской культурой не есть линия фронта. Не все рожденное вне Церкви надо от имени Церкви осуждать и разрушать.

Знакомство с церковной историей (или, шире - с историей христианских стран) оставляет впечатление, что Церковь на словах стремилась соотнести с Евангелием все стороны человеческой и общественной жизни, но на деле она как бы молчаливо и с некоторой реалистической горечью признала, что "Царство Божие" на земле, в истории может быть лишь "горушным зерном" (Мф. 13,31). Торговым людям разрешалось продавать с прибылью (9); государевым людям - применять насилие, дипломатам - лукавство... Даже у палачей были духовные отцы (которые, очевидно, не ставили в вину то, что их духовные чада делали по "профессиональной необходимости" (10).

И всем разрешалось веселиться. То есть, конечно, церковные проповедники обличали смех и смехотворство. Но ведь и начальник, который на собрании объявляет бой опозданиям, но при этом не заводит "книгу прибытий и отбытий" сотрудников и реально не наказывает их за опоздания, по сути - разрешает опаздывать.

Вот и на Руси удивительным образом сочетались церковные проповеди, осуждающие игру и смех - и государственная (по крайней мере до XVI века (11) поддержка скоморохов. Даже в начале XVII века ряженых принимали в архиерейских домах. И лишь "боголюбцы" середины семнадцатого века принялись всерьез переиначивать народную и государственную жизнь на всецело церковных началах (так, на свадьбе царя Алексея Михайловича впервые не было скоморохов). Эта серьезность очень скоро кончилась срывом: "боголюбцы" стали лидерами раскола. Люди, которым запретили смеяться, вскоре начали себя сжигать... (12)

Русские народные сказки (если знакомиться с ними не по авторским, литературно-приглаженным переложениям), тоже полны волшебства.

Вот прочитал я в очередной анти-поттеровской брошюре, что "герои сказок - крещеные русские люди... Тут нет вживания героев сказок в мир их заклятых врагов - колдовских и волшебных участников сказок". Прочитал - и тут же пошел к тому книжному шкафу, где у меня стоит афанасьевское собрание русских сказок. Взял первый том, попавшийся под руку и открыл первую же попавшуюся сказку (честно: не искал!). Оказалось - "Иван Быкович".

Ее главный (и безусловно положительный) герой рожден коровой. Он умнее, храбрее и сильнее царского сына. Он владеет магическим искусством оборотничества ("поутру ранешенько вышел Иван Быкович в чистое поле, ударился оземь и сделался воробышком...>>). Баба-яга ему помогает. Волшебной палочкой он действует не хуже Гарри Поттера: ""Вот тебе, Ванюша, дубинка, - говорит старик,- ступай ты к такому-то дубу, стукни в него три раза дубинкою и скажи: выйди, корабль! выйди, корабль! выйди, корабль! Как выйдет к тебе корабль, в то самое время отдай дубу трижды приказ, чтобы он затворился; да смотри не забудь! Если этого не сделаешь, причинишь мне обиду великую". Иван Быкович пришел к дубу, ударяет в него дубинкою бессчетное число paз и приказывает: "Все, что есть, выходи!" Вышел первый корабль; Иван Быкович сел в него, крикнул: "Все за мной!" - и поехал в путь-дорогу. Отъехав немного, оглянулся назад - и видит: сила несметная кораблей и лодок! Все его хвалят, все благодарят". Старичок этот примечателен еще тем, что веки ему приподнимают 12 молодцев вилами (гоголевский Вий тут послабже будет). Женится Иван в конце концов на женщине, которая умеет превращаться в звезду не хуже каббалистической Лилит: "Вот плывут они день и другой; вдруг ей сделалось грустно, тяжко - ударила себя в грудь, оборотилась звездой и улетела на небо. "Ну,- говорит Иван Быкович,- совсем пропала!" Потом вспомнил: "Ах, ведь у меня есть товарищи. Эй, старички-молодцы! Кто из вас звездочет?" - "Я, батюшка! Мое дело ребячье", - отвечал старик, ударился оземь, сделался сам звездою, полетел на небо и стал считать звезды; одну нашел лишнюю и ну толкать ее! Сорвалась звездочка с своего места, быстро покатилась по небу, упала на корабль и обернулась царицею золотые кудри" (13). Так что не удастся отделить сказку про Гарри Поттера от русских сказок по критерию "какую бы сказку ни взяли мы для рассмотрения, вряд ли главный герой в ней окажется волшебником" (14),
"главный действователь волшебной сказки никогда не бывает волшебником" (15).

Следующая прочитанная мною русская сказка содержала рецепты чудес не менее конкретные, чем в ролинговской "школе волшебства". "В самую полночь собралось на эту лодку многое множество нечистых и начали промеж себя разговаривать: кто какие козни устроил. Один говорит: "Я между двух мужиков спор решил в противную сторону, и у правдивого руку отрезали". Другой на то сказал: "Это пустое! Только три раза по росе покататься - рука снова вырастет!"... Наум все это слышал и на другой день вырастил свою правую руку" (16)

Вот ведь - положительный герой русской народной сказки подслушал совет беса и эта магия ему помогла... И куда только смотрела цензура! (17)

А Василиса Прекрасная, змея растакая (18), что учудила! Она в рукав положила косточку, махнула - и та превратилась в лебедя (а у "маглов" это не вышло: они только объедками гостей забросали)...

А если еще вспомнить абсолютно точное описание колдовского действа в "Старике Хоттабыче" - то станет понятно, почему в советские времена так мало мужчин носили бороды: безбородое большинство, наверно, выщипывало всю растительность на лице, колдуя по рецепту Хоттабыча (19) Да, в сказках (и народных, и авторских) мало откровенно-евангельского. Но разве это плохо? Разве лучше будет, если Христос станет персонажем сказки? Лучше ли будет, если ребенок начнет играть в пророков и апостолов? Не лучше ли сознательно разграничить мир сказочной фантазии и мир церковной веры? Не мудрее ли что-то оставить вне серьезного мира - чтобы хоть с чем-то можно было играть, шутить, притворяться, дурачиться?
Если по "благочестивым" мотивам спрятать от детей Гарри Поттера - то ровно по таким же основаниям придется спрятать от них "Илиаду" Гомера (языческие боги!) и "Гамлета" Шекспира (привидение!), "Вечера на хуторе близ Диканьки" Гоголя (бесы!) и "Сказку о золотой рыбке" Пушкина (грех искать помощи у рыбки, а не у Творца!), "Щелкунчик" Чайковского (деревянный идол ожил!) и "Хроники Нарнии" Льюиса, сказки Андерсена (просто сплошное волшебство!) и "Слово о полку Игореве" анонимного древнерусского монаха (опять языческие боги!)... Все книги, в которых кто-то из добрых персонажей молится языческим богам, берет в руки волшебную палочку, переживает волшебные превращения (в волка, лягушку, коня), подвергается действию злых заклятий и защищается от них с помощью оберегов или добрых волшебств.

Есть люди, которых эта опустошающая логика не пугает. Вот "православный" выпад против сказки вообще: "Оккультная практика отразилась в волшебных сказках, которые по природе своей сопряжены с непременным языческим атрибутом - магией. Даже если сказка народная - это еще не является оправданием того антихристианского духа, который в ней зачастую заключен" (20).

Но голос обычая - все же на стороне тех, кто сказку не подменяет приходской былью.
_________________________________________________________________________________
2. Белкина Л. Поттергейст над Землей // Православная Москва. 2003, 4 февраля. Насколько капризны в своей неизменной подозрительности православные критикессы, видно в том, что если одна из них видит оккультизм в самом упоминании философского камня, то другая видит не меньший грех в его унистожении: "Интересно, что Дамблдор уничтожает Философский камень. Что это? Требование логики сюжета или неверие Роулинг в возможность достижения абсолютной истины?" (Левичева Е. Метафизика "Гарри Поттера". http://www.voskres.ru/school/potter.htm).

3. Четвертый том - "Гарри Поттер и кубок огня" был издан так, что в нем оказалось 667 страниц текста. Так вот, на предпоследней странице номер не был проставлен (хотя во всех предыдущих томах этого издания не указывался номер только последней странички). Эту тактичность издателей также стоит отметить. Да на этой 666-й странице ничего магического и плохого вообще не происходит. Гарри просто отдает свои деньги друзьям.

4. Гаспаров М. Л., Ярхо В. Н. Примечания // Еврипид. Трагедии. В 2-х тт., т. 1. М., 1999, с. 601.

5. Тронский И. М. Корнелий Тацит // Корнелий Тацит. Сочинения в двух томах. Т.2. История. Ленинград, 1970, сс. 240-241.

6. Ярхо В. Н. Примечания // Аристофан. Комедии. Фрагемнты. М., 2000, с. 961.

7. Стратановский Г. А. От переводчика // Фукидид. История. Ленинград, 1981, С. 404.

8. Борухович В. Г. Фролов Э. Д. Примечания // Ксенофонт. Киропедия. М., 1976, С. 289.

9. Ограничение было одно: "без обмана". Конечно, и это единственное ограничение торговцам порой казалось чрезмерным. "Один священник стал купцу на исповеди делать наставления. И услыхал в ответ: "Ты, батюшка, исповедуй, а уж учить нас нечего; в торговом деле и отца родного надуем, ну за то и церковь Божию не забываем" (Переписка профессора Московской Духовной Академии П. С. Казанского с А.Н. Бахметовой. Письмо от 8.2.1868 // У Троицы в Академии. 1814-1915. М., 1914, с.526).

10. См. Панченко А. М. О русской истории и культуре. Спб., 2000, с. 93.

11. Там же, сс. 98 и 357.

12. "Репрессии (против скоморохов - А.К.) первой половины XVII века - признак не силы, а слабости Церкви, которая впервые испугалась мирской культуры как способного к победе соперника" (Панченко А. М. О русской истории и культуре. Спб., 2000, с. 141).

13. Народные русские сказки А. Н. Афанасьева в трех томах. Т.1. М., 1984, сс. 230-231.

14. Кравцова М. Что читают наши дети. Кто такой Гарри Поттер? М., 2002, с. 16.

15. Медведева И. Шишова Т. "Гарри Поттер": стоп. Попытка экспертизы. М., 2003, с. 6.

16. Народные русские сказки А. Н. Афанасьева в трех томах. Т.1. М., 1984, с. 158.

17. Я был спрошен: "вы действительно настолько несведущи в истории дореволюционной России или прикидываетесь? Дело ведь в том, что в православной стране книга с оккультно-сатанинской начинкой просто не могла бы увидеть свет. Неужто вы не слыхали про строгую цензуру в царской России? Про Достоевского, приговоренного к смертной казни (!) за... чтение вслух горстке единомышленников письма Белинского к Гоголю. Такие строгости кому-то понравятся, а кого-то возмутят - это вопрос особый. Но зачем же искажать факты?" (Медведева И. Шишова Т. "Гарри Поттер": стоп. Попытка экспертизы. М., 2003, сс. 30-31). Но волшебные сказки рассказывались, собирались и издавались именно "в царской России". Афанасьевское собрание сказок в первый раз было издано аж в 1863 году... А что касается Достоевского - то зачем же напраслину на "царскую Россию" возводить? За чтение чужих писем - и сразу, мол, к расстрелу! Кружок Дурова, в который он входил, в отличие от большинства петрашевцев, готовил именно вооруженный переворот и восстание. Члены этого кружка давали письменное обязательство: "Когда распорядительный комитет общества решит, что настало время бунта, я обязываюсь принять полное открытое участие в восстании и драке" (см. Мочульский К. Достоевский // Мочульский К. Гоголь. Соловьев. Достоевский. М., 1995, с. 281). Да и к смертной казни Достоевского никто не приговаривал. Приговор суда предполагал 8 лет каторги; император Николай I уменьшил его вдвое. "Смертная казнь" была лишь инсценировкой. Жестокой? - Быть может. Но это был урок, который Государь дал тем, кто прежде сами приговорили его к казни: вы, так легко распоряжающиеся жизнями миллионов, сами постойте на границе жизни и смерти, сами поймите цену каждой жизни! Достоевский - понял...

18. В оригинальной народной сказке Василиса не только лягушка: она оборачивается и змеей (Народные русские сказки А. Н. Афанасьева в трех томах. Т.3. М., 1985, с. 266).

19. Волосы для магических превращаний используют и ученики Хогвартса - за что им тоже достается: "Смешны ссылки на то, что для магических составов "Гарри Поттера" нужны, дескать, рог единорога, волшебная палочка, перья Феникса... Почему наших детей должно смутить отсутствие пера Феникса? Других-то ингредиентов хоть отбавляй. Обрезки ногтей и волос, которые пускают в ход герои книги для приготовления колдовского зелья (прямо как в "Практической магии" Папюса!) - вовсе не экзотика" (Медведева И. Шишова Т. "Гарри Поттер": стоп. Попытка экспертизы. М., 2003, с. 16).

20. Стовбыра И. В. Столы Иезавели. Гарри Поттер как культовый герой // Община 2002. N 4(16).
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован