18 мая 2006
4604

На приеме у психолога Рамиля Гарифуллина актер Владимир Пермяков (Леня Голубков из рекламы МММ)

2(2) от 18 мая 2006
На приеме у психолога Рамиля Гарифуллина
"Желания, подавляемые в течение дня, проявляются в снах", - писал больше ста лет назад Зигмунд Фрейд. А что происходит с желаниями, которые подавляют десятилетиями?

- НУ ЧТО... начнем сеанс...

- Был только что на встрече с народом. Меня любят, узнают, я ему нужен. (Пауза)

(Мой пациент неожиданно начал диалог с высказывания, благодаря которому, как было видно, он почему-то уже в начале сеанса захотел доказать, что он нужный и признанный человек. Можно предположить, что он уже заранее низко позиционирует себя и поэтому начал говорить о том, что он значит для народа. - Прим. Рамиля Гарифуллина.)

- Вас сильно терзает проблема признания, собственного величия?

- Да... в этом мой смысл жизни - оставить после себя след. Кстати, вот моя визитка.

(В визитке написано "Пермяков Владимир Сергеевич" и далее в скобках "Леня Голубков". Можно предположить, что пациент отождествляет себя с Леней Голубковым и превратил всю свою жизнь в "жизнь за скобкой". Так ли это?)

- Вам приятно, когда вас называют Леней Голубковым?

- Противоречивое чувство. Леня стал моей частью, даже в театрах, где я работал, меня называли Леней и в шутку и всерьез. Я с Леней Голубковым, как Вячеслав Тихонов со Штирлицем... Я не отторгаю Леню.

(Позднее, благодаря анализу сновидений выяснится, что имеет место сильное подсознательное отторжение этой части психики моего пациента, связанной с образом "Лени Голубкова".)

- В каждой эпохе есть свои герои, как визитки эпохи и времени. Вы, по-видимому, были символом лихолетия, криминальной революции (пауза). Что вы чувствуете после этого высказывания?

- Приятно слышать, так и есть. Одна журналистка поставила меня вместе с Лениным, только он строил социализм, а Леня Голубков капитализм. Я олицетворяю переход к нему, рынку. Журналист как-то у меня спросил, дескать, Брежнева называли маленьким президентом при большой певице Алле Пугачевой. Можно ли назвать Ельцина маленьким президентом при большом актере Владимире Пермякове?

- Намек понял...

(У пациента наблюдается перенос чувств на меня как на журналиста. Он не чувствует, что находится на сеансе, отрабатывая набившие оскомину блоки на тему "какой я выдающийся". Он очень скован, принял защитную позу, немного покраснел.)

- В психоанализе есть такой процесс, как перенос. Я сижу перед вами, и у вас есть неадекватный перенос чувств на меня, которые я, возможно, не заслуживаю.

- Ну, понятно. Чувство такое, будто вы хотите докопаться до глубины, понять мою психологию. Как будто я общаюсь со странным журналистом. Только сейчас стал догадываться, где я нахожусь... Уф!

- Сейчас что вы чувст-вуете - тревогу?

- Нет-нет, я уже привык ко всему. Есть жизненная закалка.

(Защита игнорированием вопроса и обратным чувством, то есть на лице тревога, а в устах как бы ее и нет, так как "срабатывает закалка".)

- Есть какое-нибудь беспокойство?

- Да, я немножко насторожен: что за неординарные вопросы, о чем меня спросят.

- Я обратил внимание - вы так сели: руки вместе, защитная поза.

- Да-да.

- Вы не сели свободно, а скованно. Говорите блоки-монологи, которые мне не интересны. Мне вы интересны как личность, мне интересны ваши переживания - здесь и сейчас. Хотя, мы все в плену прошлого...

- Ко мне относятся неоднозначно - я фигура одиозная. Некоторые чуть ли не боготворят за то, что создал исторический образ Лени Голубкова. Другие ненавидят. Кто-то на акциях прогорел, у кого-то зависть. Я ведь в рейтинге популярности за 1994 год - первый...

(Мой пациент еще много раз будет напоминать о своем рейтинге, величии и т.п. Позднее окажется, что это его излюбленная защита самоподбадриванием, вызванная сильным нарциссизмом и заниженной самооценкой. Хотя, выслушивая пациента, может показаться, что он имеет завышенную самооценку. В действительности, как окажется позднее, это защита обратным чувством.)

- У вас есть в настоящее время какой-либо комплекс вины?

- Да, перед обманутыми вкладчиками МММ.

- Обратитесь к ним.

- Я актер, меня пригласили, и я сыграл эту роль. Ну, не я, то другой бы сыграл эту роль не лучше, не хуже.

- Во сне Мавроди снился когда-нибудь?

- Нет.

- Вспомните. Не спешите.

- Нет... нет... Точно не снился.

- Вы своим обликом, интонациями, репликами излучаете энергию оправдания того, что заслуживаете большего и вас недооценивают.

- Это так. Мне моя коллега сказала, что если бы жил в Америке, то давно стал бы звездой Голливуда. Не буду лукавить - жалел, что не родился в Америке. Я бы в Голливуде не затерялся, потому что чувствую в себе огромнейший потенциал... актерский.

- Опишите мне свои фантазии о Голливуде, которые чаще всего вы представляете.

- Фантазия о том, что стану в Голливуде русским Чаплиным (смеется). Представляю себе, что меня заметили голливудские продюсеры, пригласили на съемки. Одна работа удачная, другая... Я купаюсь в роскоши, в успехе. Все большое, необъятное... Вот я стою с Де Вито, рядом Шварценеггер, где-то Мэл Гибсон... Шарон Стоун... Джулия Робертс... Потом, я играю такого простака-эмигранта, наивного, нескладного, закомплексованного. Я - комедийный актер.

- Согласно психологии артистической деятельности, по статистике все комики по жизни скучные и депрессивные люди. Более того, многие из них кончают жизнь самоубийством. Потому они и играют, чтобы избавиться от своей депрессухи. Вы в детстве были тоскливым ребенком?

- Скорее, был одиночкой, волчонком, любил рыбную ловлю и сидел часами на берегу. Когда рыба не клевала, ставил удочку и представлял себе... В общем - любил фантазировать и мечтать. Вроде героя Жана Марэ, который лезет по стене крепости Бастилия. Он бросает свою любимую, нападает на охранника, типа Бельмондо...

- Расскажите еще какой-нибудь сон.

- Я видел сон: снег... снег... снег... и мы что-то там спрятали... деньги. Мне дали эти деньги... купюры... одна из них тысячная... Потом что-то ветер подул... я хожу, хожу... ищу по домам... куда их унесло, эти деньги. Так их и не нашел... помню три купюры... одна из них тысячная...

- Все элементы вашего сна - это части вас самого. Что во сне называется деньгами, в действительности ими не являются... Это части вашей психики, это символы, но под ними скрыты чувства... Какое чувство вызывает каждый элемент сна? Закройте глаза... Что есть деньги во сне? (Долгая пауза)

- Деньги - это оценка меня... оценка моего "я".

- Согласно вашему сну, вы эту оценку самого себя ищете. Вам, вроде, дали эту оценку, а она улетела, неуловима...

- Да... Я достоин большего. Вроде, оценивают, но хочешь по-настоящему проявить себя с конкретным предложением. Но нет успеха, хотя тебя опять начинают хвалить, оценивать, но это зыбко. Удовлетворения нет. Я перед открытием чего-то великого. Вот оно уже близко, блещет. Ты хочешь взять, а оно уходит! Да, это сон об этом... Уф! Точно об этом.

(Пациент взбодрился от этого психологического "открытия". Стал менее скованным.)

- Давайте разберем еще какой-нибудь абсурдный сон.

- Мы на пляже. Какой-то мужик пытается затолкнуть другого мужика то ли в яму, то ли котел, или трубу. Толкает... Я думал, тот, которого заталкивают, пьяный, потом смотрю - тот, кто заталкивает, совершенно голый. Я ему говорю, что ж ты его толкаешь - он же намного больше, чем труба... Потом смотрю - а он мертвый... Что ты его толкаешь? И вдруг - раз, появляется ребеночек - такой хорошо упакованный, в костюмчике. Мальчик, как из песка, из ничего - появился из ниоткуда... Смотрите! Смотрите! Ребенок! Я кричу - и этот мальчик что-то стал у меня спрашивать, какие-то умные вопросы задавать. Я удивляюсь: какой маленький, а какой умный.

- Итак, мы опять закрываем глаза и пытаемся прочувствовать всех живых и неживых персонажей сна как часть вашей души... Итак, голый мужик - это ваша...(Долгая пауза)

- Эта моя оголенность перед публикой, я всегда себя чувствую перед ней, как в бане. Они у меня все разглядывают.

- Мертвый мужик, которого заталкивают в трубу... это ваша... (Пауза)

- Это что-то отжившее, мое больное, как прыщик, который уже мертв. Я его отковырнул и хочу от него избавиться, но понимаю, что он в меня врос... Это мой внутренний Леня Голубков, которого я хочу отковырнуть, как нечто чужеродное, но не делаю этого, так как он мне позволяет выживать. Я осознаю, что Леня Голубков существует вне меня и именно его видят люди, а не меня.

(Ударяет сильно по столу, и я вижу на лице моего пациента слезы, усталые и добрые глаза одинокого человека, каждый день занимающегося выживанием.)

Я устал заталкивать этого мертвеца в трубу. Что - я всю жизнь буду его туда заталкивать? Это больно... больно... Уф! (Немного рыдает) Я хочу отковырнуть, но не могу, так как эта мертвечина меня кормит... кормит... Тьфу!!!

- Успокойтесь. Но во сне все-таки вы его заталкиваете в трубу и уходите от него...

- Вроде бы проваливаюсь вместе с ним... Хотя нет... Я ведь потом вижу ребеночка...

- Судя по тому, что вы рассказали мне об этом ребенке - умный не по годам, это маленький мужичок. Ребенок во сне - это не просто мечта иметь ребенка. Это нечто иное. Это ваша... (Опять долгая пауза)

- Этот ребеночек - это мое новое будущее, которое...

- Которым вы беременны... Это ваше новое олицетворение, которого вы ждете.

- Да-да. Самое первое, о чем я подумал, - это связано с моей пьесой "Рождение младенца". Потому что ребеночек взрослый - такой умный, а маленький... В глобальном плане я чувст-вую, что нахожусь в преддверии чего-то большого. Югославский бизнесмен, внук Олеко Дундича, мне однажды сказал, что вы, Владимир, рождены для великих и глобальных дел. Я чувствую эту волну, может быть, круче, чем Леня Голубков. Когда мне говорят, что вся Москва только о тебе и говорила, я думаю, что эти времена возвращаются. Может быть, будут еще громче. Я нахожусь в преддверии чего-то великого.

(Пьеса Владимира Пермякова "Рождение младенца" автобиографична, она о нем самом, о его страданиях. Ее анализ позволил бы еще глубже раскрыть проблему моего пациента, но на данном сеансе мы этого решили не делать.)

- В преддверии своего величия...

- Сделаю что-то глобальное, большое для страны.

- Аплодисменты есть, но хочется, чтобы их было больше...

- Да - без амбиций нельзя. Если б мне предложили роль Хлестакова, у меня б глаза запылали, как пионерский костер. Какая-то сила меня за ручку ведет...

(Пациент отождествил себя с мальчиком, которого надо вести за ручку, - это защита регрессией. При этом он не осознает, что находится по жизни в роли мальчика. Таким образом, во сне моего пациента представлены три его ипостаси. Это Леня Голубков, которого он старается изжить из себя, но это ему не удается в силу того, что он его кормит. Пациент этого Леню и любит, и ненавидит. В этой двойственности, подвешенности заключается невроз пациента. Согласно анализу сновидения, мой пациент - "голый", добрый, открытый, вызывающий улыбку у окружающих своими страданиями. И наконец, его будущая ипостась - маленький умный ребеночек... Впрочем, мой пациент, по-видимому, и так был всю жизнь ребенком, как и большинство актеров, только теперь мечтает стать "умным ребеночком". Но в реальности он еще находится в плену "глупого ребеночка", который желает "много-премного игрушек", удовлетворяющих тщеславие. Самое главное, чтобы дальнейшая жизнь нашего пациента не была посвящена заталкиванию этого "мертвого мужика в трубу".)

- Во сне кричите?

- Да, кричу, часто. Сам слышу: "Давай, быстрее подгоняй или - уходи".

- Откуда это?

- Общаюсь там или ругаюсь - что ты, сволочь, делаешь?

(По-видимому, мой пациент наяву очень выдержан, все носит внутри. Может быть, в детстве ему приходилось так терпеть, и благодаря этому он достигал успеха и своей цели.)

- Все мы из детства, из прошлого, и оно с нами даже сейчас, формирует наше настоящее...

- Видишь ли, творческие люди - неординарные. Это большие дети. У нас не было полной гармонии и с отцом, и с матерью. Я любил одиночество, ходил, что-то напевал. Стихи, монологи какие-то проигрывал. Это было странно. Мама мне говорила, что все у нее девчонки как девчонки, а Володька какой-то непутевый. Я был самый младший в семье, и получалось, как в русских сказках, - последний братец Иванушка всегда дурачок (смеется).

- По-видимому, материнское сердце правильно подсказывало. Поэтому вас и выбрали для рекламы, чтобы воздействовать на национальный архетип среднего россиянина... архетип Иванушки-дурачка - халявщика.

- Голубков не халявщик - он экскаваторщик.

- Какие были сны и фантазии по поводу встречи с Мавроди?

- Я бы сказал бы ему, что он талантливый человек. Мне бы хотелось спросить, почему он начал строить МММ? Ведь он неплохо жил, продавал компьютеры.

- В психологии есть такой тип личности, который называют истероидным, то есть демонстративным типом личности. Эти люди любят, когда на них смотрят. Это для них главное переживание жизни. Вы такой?

- Нет-нет, но в последнее время я замечаю это за собой.

- То есть вы вошли во вкус. Подсели на эту известность от Лени Голубкова, как на наркотик. Вам не хотелось есть это блюдо, но вас приучили его кушать и теперь хочется его есть больше и больше?

- Да... да. В начале чувствовал себя дискомфортно, смущался в первое время. Потом стало нравиться. Долго быть в одиночестве надоедает. Нужна гармония. Сначала я смущался, как в бане, - все тебя рассматривают.

(Судя во всему, мой пациент мордальным синдромом не страдает, то есть не испытывает эйфорию от узнавания и не приходит в упадок тогда, когда его не узнают.)

- Как голый в том сне...

- Точно... так и есть... голый во сне - это часть меня.

- Давайте разыграем психодраму. Сейчас Мавроди где находится?

- Он в тюрьме.

- Разыграем сцену встречи с ним в тюрьме - что бы произошло?

- Мы бы с уважением друг к другу отнеслись.

- Передайте ему что-нибудь.

- Я б, наверное, ему принес фруктов... соку.

- Я говорю, словами ему передайте что-нибудь.

- Он бы мне заулыбался. Мы б, на---------вер----------ное, поговорили, как брат с братом, обнялись бы...

- А как вы думаете, кто кому сейчас больше нужен, вы ему или он вам?

- Тогда мы оба нужны были друг другу. Благодаря ему я стал известным актером.

- Вы с собой вслух разговариваете?

- Бывает...

- Вы одиноки... согласны?

- Да... с детства было. Я любил одиночество, любил мечтать... о светлом... о романтике...

- А выбрали, наоборот, профессию актера. Это - публичность. Может быть, на публике вы одиноки, но со своими персонажами?

- Это желание быть героем. Я комфортно чувствую себя в одиночестве...

Мой пациент не одинок. У него есть хороший собеседник - он сам. Он принимает себя. Он может находиться долго сам с собой. Ему с собой не скучно. Согласно закону психологии, он способен принимать и любить других потому, что принимает и любит себя. Мой пациент обладает большим чувством эмпатии, поэтому он актер по своей сути, так как благодаря эмпатии может сопереживать своим персонажам и героям.

http://www.argumenti.ru/analyst/2006/05/31272/
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован