03 августа 2006
4458

На приеме у психолога Рамиля Гарифуллина - грузинский гастарбайтер Мамука Канкава

13(13) от 3 августа 2006

На приеме у психолога Рамиля Гарифуллина - грузинский гастарбайтер Мамука Канкава
(ПАЦИЕНТ вошел в мой кабинет с подавленным видом, поздоровался, сел в кресло и тяжело вздохнул. - Примечания Рамиля Гарифуллина.)

- Уж больно тяжело вздохнули... О чем это?

- О себе. О Грузии. О матери, которая там осталась. Я тоскую по Грузии. О том, кто я сейчас. У меня нет российского гражданства. Нет российского паспорта. Я сейчас непонятно кто. Хотя я - грузин Мамука Шалвович Канкава.

(Делаю предположение, что мой пациент страдает чувством чрезмерно заниженной самооценки, обусловленной отсутствием удовлетворительной само-идентификации. В социальной психологии особое место занимает понятие само-идентификации, то есть то, как идентифицирует себя личность в социальном плане. Отсюда депрессия.)

- Вы не довольны своим социальным и материальным положением в России?

- Доволен. Работаю в ресторане поваром пятого разряда, высшей категории. У меня семья. Очень молодая и красивая жена - Ольга. Растет дочка Камилла. Ей три с половиной года. Постоянно звоню матери в Грузию. Когда даю трубочку дочке, говорю ей, чтобы сказала по-грузински. Хочу, чтобы она знала и русский, и грузинский. Ну, например, "привет, бабушка" или "как дела, бабушка". Она, в основном, говорит по-русски.

Я приезжаю только вечером или на выходной. Тогда и разговариваем. А так, все на русском. Хотя тут есть и грузин-ская школа, но это - когда она чуть-чуть подрастет. Мы живем у жены. Мы с женой работаем, а бабушка смотрит. Ведь сейчас квартиру снимать дорого.

(Мой пациент пытается себя подбадривать. Но на его лице уныние.)

- И все-таки вы испытываете какой-то внутренний психологический конфликт. В чем он?

(Пауза.)

- О чем вы только что подумали?

- О визе. Виза для меня сейчас самая большая проблема. И не только у меня, у всей Грузии. Не должно быть виз между Россией и Грузией. Сейчас надо отказаться от грузинского гражданства и потом прописаться здесь. Как это получится?

- Вы в подвешенном состоянии. И в России толком не имеете гражданства, и в Грузии?

- Без паспорта никуда не поедешь. Даже за город. Это угнетает, опустошает. Порой даже сил нет, чтобы работать. А хочется с ребенком и женой съездить в Грузию. Ладно, и здесь жить нормально. Жена - здесь, ребенок - здесь. И я должен быть здесь. Если бы все было нормально с паспортом, то и на море с семьей съездил бы отдохнуть, и депрессия бы кончилась.

(Согласно психоанализу, основой невроза моего пациента является двойственность и борьба двух противоположных чувств. Благодаря этому возникает психическая неопределенность и подвешенность, которая и есть страдание. У моего пациента эта двойственность связана с конфликтом между прошлым и настоящим, между чувством привязанности к Грузии и России, между любовью к матери, которая в Грузии, и любовью к жене и дочери, которые здесь. Хотя, конечно, ожидание и подвешенность, вызванные неопределенностью с гражданством, также вызывают беспокойство. Далее я попытаюсь подтвердить вышеприведенный вывод о причинах депрессии моего пациента благодаря анализу сновидений.)

- Расскажите мне о своих последних сновидениях.

- Честно говоря, когда я сплю, я нахожусь в Грузии. Постоянно вижу о ней сны. Постоянно вижу маму и других родственников. Вот и сегодня Грузию видел. Ощущение такое, что дома. Вид с моего балкона, горы, море. Я вижу во сне, как я с дочерью и женой нахожусь в Грузии, а при этом квартира российская. Рядом мама. Мы все вместе.

- Вы наяву мечтали, а тут еще и во сне приснилось. Так?

- Да.

- А еще какой-нибудь сон расскажите.

- Ко мне во сне отец иногда приходит, предупреждает. Я сразу иду в церковь, свечи ставлю. Как положено.

- Он что-нибудь говорит во сне?

- Только показывается. Когда его вижу, в тот день что-нибудь случается - или спор будет, или заболеет кто.

(Согласно психоанализу, данное сновидение основывается на принципе удовольствия и смешения. Это сон о воплощении мечты и желаний в реальность. Это сон о смешении различных пространств и времени. В частности, смешении и соединении Грузии и России: природа грузинская, а социальное окружение и жилье российские. В сновидении подвешенность и неопределенность в выборе России или Грузии сняты благодаря монтажу.)

- Видите, как просто разрешается ваш психический конфликт во сне. Простым соединением Грузии и России, мамы и жены с дочкой. И все-таки, какой главный паспорт вы бы хотели получить: грузин-ский или российский?

- (Вздыхает.) Главный паспорт будет российский. Но старый грузинский паспорт дома действительный. Но я не такой человек, чтобы наплевать на все и поехать в Грузию. Надо жить там, где живешь. Россия - это мой дом, моя вторая страна. Я очень переживаю, что уже нет тех отношений в мире, которые были раньше. У меня русская жена, растет дочь, но я-то сам - грузин! Мы с женой стоим посередине. После свадьбы мы так и думали: половину жизни будем жить там, а половину здесь. А моя дочка где решит, пусть там и живет.

- А может быть, все намного проще? В прошлом вы не в Россию влюбились, а в свою жену? Она затмила все, и вы ради нее поменяли Грузию на Россию?

- Да... Как-то я пробыл в Грузии почти десять месяцев. А потом говорю маме: "Мне нужно обратно".

- Потому что там Оля?

- Да. И мама уже знала.

- Россия была нужна или Оля?

- Оля. Но она живет в России, поэтому нужна и Россия.

- Потом вы начали жить и адаптироваться к России? Потом только стали любить Россию?

- Нет. И до этого ее любил.

- Вы говорите: "Я люблю Россию". Расскажите мне, что это значит?

- Друзья, семья, культура, церкви, монастыри. Я христианин. С друзьями из России служил в армии. Сейчас дружим семьями. Я не мыслю себя без этой страны. Но беспокоит Грузия. Мое сердце все равно там, родители там, друзья тоже там. А моя мама даже не видела мою дочь. А ехать туда слишком дорого. Триста долларов.

- А вы не пере-живаете о том, как будете жи-ть в Грузии? Ситуация там изменилась. Как вы ее оцениваете?

- Я созваниваюсь с друзьями. Говорят, стало лучше. Я имею в виду годы, когда был Ше-варднадзе. Ну, сейчас становится лучше. Больше начали строить дорог. Меньше отключают электричество. Все нормально. Кто хочет шевелиться, тот уже живет нормально.

- Ваши сны сближают Грузию и Рос-сию. А наяву вы для этого что-нибудь делаете? Как вы снимаете это напряжение, вызванное подвешенностью между Грузией и Россией?

- По телефону общаюсь, и на душе легче становится. Если б не было телефона, было бы хуже. У меня уже зависимость от телефона. Мечта - ближе к Новому году получить паспорт и поехать в Грузию, показать маме мою семью, чтобы она обрадовалась.

(По телефону ощущает свои корни и истоки.)

- Может быть, алкоголь помогает?

- Нет. Ну выпить иногда хочется с друзьями.

- По долгу своей профессии вы часто видите, как пьют россияне. Вам нравится, как мы пьем?

- Ну сильно-то зачем напиваться? Некрасиво. В нашем районе, утро еще, шесть часов, а молодежь уже стоит и пьет. Они иногда спрашивают денег. Ну я им даю в долг. Но чтобы с утра до вечера пить - это нехорошо. Потом матом ругаются. Вот кто-то, допустим, что-то плохое о моей матери скажет, ведь так нельзя. Матери - святы! Они же нас девять месяцев вынашивали, а потом рожали. Нельзя так о них говорить. Вот когда у меня дочка родилась, я еще больше это понял. Что значат для родителей дети.

Пусть пьют, это не так опасно. Опаснее другое - национализм. Но мне так не говорили: "Езжай в свою Грузию!"

(Наверное, говорили.)

У нас были такие случаи. Тогда мы отвечали: "Зачем ты мне так? Я тебе мешаю?" А они объясняли: "Я здесь живу. А что здесь делаешь ты?" Но все равно, потом мы подружимся.

(Пауза.)

- По-моему, опять о чем-то неприятном подумали?

- Да. Вспомнил, что смотрел по телевизору. Я смотрю грузинский канал - какая обстановка в Грузии, наблюдаю, как складываются отношения между Россией и Грузией. От этого, наверное, будет зависеть, получу я российское гражданство или нет. Я все время в напряжении, лишь бы хуже не было. Жена тоже в напряжении. Все грузины, которые здесь живут, это чувствуют.

(Можно предположить, что невроз моего пациента не только индивидуально обусловлен, но и является социально обусловленной депрессией.)

Уф! Ведь я здесь. А что будет со мной? Если отношения резко ухудшатся, то как ко мне будут здесь относиться? Я мечусь между телевизором и телефоном, по которому разговариваю с мамой. Я думаю, что все будет нормально. У меня в сердце большая тяжесть. Она связана с моей семьей, родными, мамой, сестрами.

- А может, меньше смотреть телевизор? У вас есть соотечественники, которые прекрасно живут в глубинке России, в деревнях, имеют свое хозяйство и ни о чем не переживают.

- Нет. Надо все-таки знать, что там творится. Хотя я политикой и не увлекаюсь. Я простой повар.

- А вы в грузино-абхазской войне участ-вовали? Психических травм из-за этой войны не имеете?

- Нет, никогда. Призывали тех, кто хотел. Я оружие не брал. Я профессионал, имею руки, имею дело. У меня родственники жили в Абхазии. Я человек труда, а не войны. И вовремя уехал в Россию.

(И действительно, мой пациент оказался менее конформным по сравнению с другими своими соотечественниками, которые отказывались прийти на сеанс психоанализа. Анализ его поведения, прошлых поступков показал, что он имеет свое мнение и не поддается влиянию соотечественников. Хотя известно, что грузины, живущие в России, обладают значительным конформизмом и не высказывают своего мнения и суждения без согласия старших, сверяют свои действия и поступки с мнением большинства соотечественников. До общения с данным пациентом мне пришлось общаться с его земляком, который, прежде чем давать мне ответ, внимательно смотрел на своего старшего соотечественника, ища в нем согласие. Интересно было выслушивать их мнение по поводу обстановки в Грузии. До тех пор пока я не вытащил диктофон, обстановка в Грузии и их президент оценивались негативно, но как только мне пришлось обговорить, что их мнение будет представлено в СМИ, сразу же начались лестные оценки в адрес нынешнего президента, ситуации в Грузии и т.п. Как говорится, конформизм взял свое. Личное мнение отошло на задний план.)

- И все-таки желаете ли вы навсегда переехать в Грузию и покончить с этой подвешенностью и неопределенностью?

- Я ведь уже ездил туда. Жил полгода. Потом все равно тянет обратно в Россию. Я не могу без России. У меня ведь здесь все основные радости. Дочь, жена, друзья, моя работа. В Грузии остались только мои воспоминания. Я хочу в прошлую Грузию, а она уже другая. Я хочу быть здесь всегда, чтобы была стабильность, чтобы у меня здесь был свой дом, свое хозяйство.

(И действительно, как говорится, "в одну и ту же реку два раза не войдешь". Личность в первую очередь определяется настоящими ценностями, которые имеют место здесь и сейчас, а не прошлыми ценностями, ностальгией и воспоминаниями, которые были где-то и когда-то. Хотя и прошлое играет немалую роль. Главные ценности моего пациента сформировались благодаря жизни и деятельности в России. Именно они наполняют его существование смыслом. Именно поэтому Василий Шукшин, мечтавший о возвращении на Алтай, реально возвратившись туда, не получил того, о чем мечтал, и уехал обратно в столицу.)

- А было, наверное, время, когда вы не могли адаптироваться к России? К чему вы не могли привыкнуть?

- Не могу привыкнуть к тому, как в транспорте молодые не уступают пожилым место. Как неуважительно разговаривают с людьми, которые старше. Не нравится, что "националов" много. Да, идет национализм. Много молодых националистов, много. На улице иногда встречаются, бывает. А в ресторане - нет. Тут взрослые все люди. Уважаем друг друга. Сколько лет здесь живу, драки пока не было... Живем своей жизнью. Тихо, спокойно. Никому не мешаем. Я свое дело знаю. Меня все уважают, любят. Например, где я живу, с соседями дружим, вместе на скамейке сидим, общаемся. По выходным выпиваем.

(У моего пациента практически отсутствует синдром эмиграции, обусловленный подвешенностью, связанной с отторжением новой социальной среды и неприятием старой. Это, в свою очередь, бывает часто связано со слабой адаптацией к новой социальной среде и нежеланием возвращаться обратно.)

- Как часто вы выпиваете?

(Задаю этот вопрос, предполагая, что, возможно, депрессия моего пациента не связана с социальными факторами, а является следствием периодического употребления алкоголя, то есть является обыкновенной посталкогольной депрессией.)

- Ну, выпиваю после работы. Вместе с друзьями.

- Запои бывают? Утром не хочется облегчить душевное состояние?

- Нет. Я встаю с хорошим настроением и иду на работу.

(По-видимому, у моего пациента алкогольной зависимости нет.)

- Смысл жизни состоит из ценностей, которые привязывают вас к жизни. Вот у вас главные ценности какие в жизни? Первое.

- Моя дочь. Отдать ей все, что смогу. Воспитать ее, отдать в детский сад, потом в школу, потом в институт, замуж выдать. Второе... Дом.

- Чтоб он здесь был, в России, или в Грузии?

- В России тоже.

- А в Грузии есть дом?

- Да, есть. Чтоб своя крыша была. Чтоб не только мне, но и
дочке.

- Часто люди испытывают такое чувст-во - комплекс национальной неполноценности. Начинают доказывать, что их нация лучше. Иногда такое бывает. Вы не стесняетесь своей национальности?

- Нет. Я никогда ее не скрываю.

- Вы не изменили своих фамилии и имени, а могли бы это сделать, как делают некоторые. Например, вместо Мамуки быть Михаилом.

- Не хочу. Имя дали мои родители.

- Но все-таки вы себя не зажимаете, спокойно говорите, когда надо, по-грузински?

- Ну, тихо говорю.

- Или вы боитесь говорить по-грузински? А может, наоборот, демонстративно громко разговариваете по-грузински?

- А зачем? Я не боюсь. А чего тут бояться? Нет, не боюсь, потому что знаю, ничего плохого не делаю.

(По статистике многие проживающие в столице, приезжие из национальных республик, коверкают свои настоящие имена на русский лад, изменяют фамилии, осветляют свои черные волосы и т.п., надевают очки, дабы скрыть национальные внешние признаки. Все это - проявление комплекса национальной неполноценности, благодаря которому Иванов в США превращается в Иванофф.)

- В церковь ходите?

- Хожу, но не каждый день. В монастырь езжу. Там есть грузинский поп.

- Говорят, что грузины более эмоциональны. Это так или нет?

- Каждый народ горячий. Но мы более эмоциональны. А можно теперь мне вопрос задать? Как вы сами относитесь к грузинам в России?

(Этот вопрос еще раз подтверждает беспокойство моего пациента о том, как их оценивают в нашей стране и какие будут перспективы на этот счет. Я рассказал своему пациенту, как у меня складывались субъективные представления и восприятие этой нации.)
Депрессия моего пациента обусловлена неопределенностью, двойст-венностью, подвешенностью, противоречивостью чувств, которые вызваны ситуацией, в которую он попал. До фрустрации пока далеко, в силу того что есть надежда на разрешение этой ситуации. Благодаря сравнительно низкому конформизму мой пациент находит в себе силы адекватно воспринимать действительность, то есть осознавать противоположности этой ситуации и не становиться ни на одну из сторон, впрочем, именно эта неопределенность и вызывает страдание моего пациента.

http://www.argumenti.ru/analyst/2006/08/32039/
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован